Демидовский столп, монументы- «невидимки» и не только: что известно о знаковых памятниках Барнаула — разбор с историком

Барнаул богат на монументы, но за привычными бронзовыми фигурами и гранитными плитами часто скрываются истории, о которых горожане даже не догадываются. Чтобы разобраться, что именно формирует визуальный код краевой столицы и какие смыслы заложены в её главные памятники, NGS22.RU обратился к известному барнаульскому историку Данилу Дегтяреву.

По мнению эксперта, «визитная карточка» Барнаула складывается из нескольких ключевых точек.

— В этот список неизменно попадает Демидовский столп — старейший памятник города. Не менее значим памятник Ивану Ползунову перед техническим университетом: изобретатель паровой машины для Барнаула — фигура сакральная, настоящий человек-символ.

В этот же ряд Данил Дегтярев ставит памятник Василию Шукшину, который олицетворяет уже не только город, но и весь Алтайский край.

— Важное место занимает Мемориал Славы на площади Победы, а также памятник переселенцам на площади Октября. Отдельно историк выделяет стелу «Город трудовой доблести» в Нагорном парке: несмотря на то, что проект типовой, его расположение сделало монумент новой доминантой, которую видно практически с любой точки при въезде в город.

Особый интерес вызывает история Демидовского столпа. Его уникальность заключается в самой сути: в первой половине XIX века в России было принято увековечивать царей, полководцев или военные триумфы. Ставить памятник «трудовым достижениям» — столетию горнозаводского производства — было делом неслыханным.

«Барнаул тогда был кошельком империи, поэтому для него сделали исключение», — поясняет Дегтярев.

Инициатором создания обелиска стал Петр Фролов — выдающийся горный инженер и государственный деятель. Его замысел, возникший еще в 1818 году, воплотился в жизнь лишь к 1839-му.

— И здесь произошла интересная метаморфоза: горожане того времени не привыкли к абстрактным памятникам «датам» или «событиям». Им было проще воспринимать монумент как памятник конкретному человеку. Поскольку на табличках упоминалось имя Акинфия Демидова, народ быстро переименовал обелиск в «Демидовский столб».

Уже к середине XIX века первоначальный смысл — празднование столетия производства — начал стираться из памяти горожан. Люди видели перед собой памятник основателю дела, а не абстрактному юбилею. Так народная молва закрепила за обелиском имя, которое мы используем до сих пор, превратив его из памятника событию в памятник личности.

Барнаул обладает уникальным архитектурным «слоем», который формировался столетиями — от заводского классицизма до советского модернизма. Если проследить, кто именно создавал лицо нашего города, то картина получается весьма многогранной.

Истоки монументального Барнаула лежат в эпохе горнозаводского дела. Знаменитый Демидовский столп — это не просто памятник, а символ целой инженерной школы. В его создании прослеживается почерк таких мастеров, как Яков Попов и Андрей Молчанов, работавших в традициях строгого русского классицизма. Их приемы — это лаконичность форм, использование местного камня и стремление к гармонии с окружающим ландшафтом.

Советский период принес в город масштаб и идеологию. Архитекторы вроде Виктора Казаринова и Аркадия Баранского задали тон застройке центра, превратив Барнаул в город с широкими проспектами и монументальными ансамблями. Позже к ним присоединились ленинградские специалисты, привнеся в городскую среду более строгую, «северную» эстетику.

Что касается скульптуры, то здесь стоит выделить имена Владимира Добровольского и Михаил Кульгачева — они создавали тот самый «советский» образ города, понятный и близкий каждому жителю. В более поздний период, в 90-е и 2000-е, огромную роль в формировании городской среды сыграл Сергей Боженко. Он, будучи архитектором, мастерски работал с пространством, создавая архитектурные решения для памятников, которые сегодня кажутся нам естественной частью улиц.

Интересно, что современный Барнаул активно «впитывает» и федеральные проекты. Например, стела «Город трудовой доблести» или памятник «Сеятель» на площади Октября (работа скульптора Закоморного) — это уже московская школа, которая привносит в наш контекст новые пластические решения, более динамичные и современные.

Многие памятники Барнаула хранят в себе смыслы, которые для людей прошлого были очевидны, а сегодня — почти стерты временем.

— Самый яркий пример — Демидовский столп. Изначально задуманный как прославление горнозаводской истории, в 1920-е годы он воспринимался, как памятник борцам за власть Советов. Пулевые отметины на нем — это не просто повреждения, а исторический код. Его форма обелиска стала своего рода архетипом: именно этот силуэт позже лег в основу многих памятников героям Гражданской войны.

Сегодня мы смотрим на звезды, серпы и молоты на старых обелисках как на общие символы СССР.

— Но для современников тех событий эти знаки имели куда более острое, «боевое» значение — это были маркеры победы одной идеологии над другой, конкретные указатели на то, кто здесь «свой», а кто «чужой». То есть символы именно борьбы красных против белых. При этом сейчас это больше воспринимается, как государство и символ СССР. Мы живем в пространстве, где каждый монумент — это диалог между эпохами, который, к сожалению, мы не всегда умеем до конца прочитать.

В Барнауле не раз возникали общественные дискуссии, связанные с установкой памятников и их внешним видом.

— Особенно часто споры касались современных монументов. Например, памятник Ивану Ползунову, установленный в 1980 году перед Техническим университетом, вызвал неоднозначную реакцию. Многие отмечали, что образ на памятнике не соответствует реальному облику изобретателя — он выглядел слишком аристократично, тогда как Ползунов был человеком простого происхождения, он был сыном солдата.

Другой пример — памятник жертвам политических репрессий.

— Здесь обсуждения затрагивали не только дизайн, но и саму необходимость установки такого монумента, учитывая политическую чувствительность темы. Аналогичные споры возникали вокруг памятника сеятелю, а недавно — и вокруг скульптуры Достоевского на углу улиц Ленина и Партизанской. Критики указывали, что образ писателя не похож на него самого, а также ставили под сомнение уместность памятника в этом месте, учитывая, что Достоевский лишь проездом бывал в Барнауле.

По словам историка, практически любой новый монумент становится предметом обсуждений, поскольку у людей разные вкусы и взгляды на эстетику, а также разные мнения о значимости тех или иных исторических личностей для города. Что касается разрешения таких конфликтов, то чаще всего решения принимались властями или инвесторами, финансировавшими проекты, при этом общественное мнение учитывалось редко.

Барнаул богат на памятные места, но парадокс в том, что многие из них стали для горожан «невидимками».

— Мы ежедневно проходим мимо бюстов выдающихся личностей на проспекте Ленина, даже не задумываясь, кто эти люди и какой след они оставили в истории.

Как отметил историк, речь идет о целой плеяде деятелей, чьи имена постепенно стираются из памяти: это и ученые, и путешественники, и герои Гражданской войны. Например, Казмий Дмитриевич Фролов, Матвей Константинович Цаплин, Иван Вонифатьевич Присягин — эти фамилии сегодня знакомы далеко не каждому прохожему, хотя их вклад в развитие нашего края неоспорим.

Отдельная история — памятники героям Великой Отечественной войны, которые часто «прячутся» на территориях школ или в глубине кварталов.

— В Барнауле есть монументы Зое Космодемьянской, Александру Матросову (который сражался в составе нашей Алтайской дивизии) и Ивану Панфилову. Важно помнить, что пятеро из легендарных 28 героев-панфиловцев были нашими земляками, и это особая гордость региона.

К сожалению, многие мемориалы — особенно те, что находятся на ведомственных территориях — сегодня оказались в тени. О них мало знают, их редко посещают, а ведь это живые страницы нашей истории.

— Хочется верить, что отношение к таким объектам изменится. Городу нужно не просто больше памятников, а бережное отношение к тем, что уже есть. Важно, чтобы они были доступны, ухожены, а любые решения об их установке или реставрации принимались с участием профессионального сообщества. Ведь памятник — это не просто кусок камня или металла, это связь поколений, которую нельзя терять.