«Хакеры бьют не по компаниям, а по нам с вами»: эксперт — о коварности последних атак и необходимости иметь наличку

В России цифровизация в бытовом смысле феноменальная. Но это удобство — наша уязвимость перед теми, кто нападает на компании. И страдает от хакеров в первую очередь не бизнес, как может показаться, а мы с вами, простые люди. Причем атаки становятся всё коварнее, поэтому пришла пора подумать, как «выработать иммунитет» против них, а также обзавестись наличкой (лишним точно не будет). Своим мнением по этому поводу c NGS24.RU поделился исполнительный директор «Орион Телекома» Денис Якунин. Далее приводим его мнение от первого лица. Атак стало больше, и они сложнее Про кибератаки сегодня говорят много и обычно страшно. Но давайте всё разберем спокойно. Начну с одной цифры. В первом полугодии 2026 года число атак на сайты и приложения российских компаний выросло на 27% по сравнению с тем же периодом прошлого года. Но интереснее другое: 44% этих атак были многоэтапными. Что это значит простым языком. Раньше типичная атака выглядела как удар в дверь: дернули ручку, не открылось — пошли к следующей. Сейчас это последовательность действий. Сначала автоматика прощупывает, как устроена защита компании и где у нее тонкое место. Потом идет подбор ключей. И только потом — основной удар, уже прицельно в найденную слабость. Разница примерно как между хулиганом, который бросил камень в витрину, и человеком, который сначала неделю смотрел, когда уходит охрана. Отбиваться от второго намного сложнее. И таких атак сегодня почти половина. Почему их становится больше Причин три, и ни одна не исчезнет в ближайшие годы. Искусственный интеллект. Он заметно упростил жизнь злоумышленникам. Раньше мошенническое письмо выдавала корявая грамматика: «Уважаемый клиент, ваш счет заблокирован, срочна перейдите». Сегодня письмо написано чисто, грамотно и в стиле вашего конкретного коллеги, а голос в трубке может звучать как голос вашего руководителя. Поиск слабых мест в чужих системах тоже заметно ускорился: время между тем, как уязвимость обнаружили, и тем, как ей начали пользоваться, сократилось. Здесь важно не впадать в панику по двум причинам. Первая: машина пока не атакует массово сама. Полностью самостоятельных атак, где человек вообще не участвует, пока не существует. Вторая: ровно те же технологии работают и на стороне защиты. Системы мониторинга с искусственным интеллектом обрабатывают такие объемы данных, которые ни одна команда людей физически не осилит. Гонка идет с обеих сторон. Импортозамещение. Западные производители систем защиты ушли с российского рынка, и заместить их за один день невозможно. Пока идет замена, возникает окно уязвимости. И оно шире, чем принято думать: по оценке отраслевых экспертов, значительная часть крупных организаций до сих пор работает на иностранных программах, которые больше никто не обновляет и не поддерживает. А программа без обновлений — это не защита, это ее видимость. Российский рынок эту дистанцию проходит: отечественные решения появились практически во всех необходимых классах, а требования регуляторов к защите заметно ужесточились. Но переход занимает годы, и всё это время работает на атакующих. Хактивизм. Так называют атаки, которые совершают не ради денег, а ради общественного шума — по политическим или идеологическим мотивам. Явление это реальное и растущее. Гораздо показательнее другое — то, к чему атаки приводят. По данным «Инфосистемы Джет», 76% критических кибератак в 2025 году были направлены на уничтожение инфраструктуры компании: 44% — на шифрование данных, 32% — прямое разрушение. Причем мотивы у этих атак бывают разные: за шифрованием часто стоит требование выкупа, за разрушением — идеология. Но результат для компании и ее клиентов практически одинаковый: бизнес останавливается. Бьют по компаниям, а достается нам с вами Неважно, чего хотел злоумышленник, денег, шума или чужих секретов. Важно, кто в итоге оказывается в числе пострадавших. И чаще всего это не компания. Логика простая. Чем больше живых людей стоит за одной организацией, тем больше эффект от одной успешной атаки. Поэтому в списке целей регулярно оказываются связь, банки, розничные сети, доставка, авиация. Не потому, что там проще взломать, а потому, что там громче. Посмотрите на хронику последних двух лет: все эти случаи широко освещались в прессе. Атака на крупный ретейл: почти тысяча магазинов не принимала оплату картами, не работали сайт и приложение. Атака на компанию, обслуживавшую рестораны: разом легли сервисы нескольких известных сетей общепита. Атака на авиакомпанию: десятки отмененных рейсов и толпы людей в аэропортах. Накануне 8 Марта под удар попали интернет-магазины и сервисы доставки цветов и подарков. Ни в одном из этих случаев главной пострадавшей стороной не была сама компания. Для бизнеса это потерянная выручка и репутационный удар — неприятно, но бизнес встанет. А пострадали в первую очередь люди, которые не смогли купить продукты, улететь домой, заказать цветы маме. Для человека это испорченный день, сорванная поездка и вполне обоснованный страх за свои персональные данные. Атака на инфраструктуру — это атака на обычную повседневную жизнь. Называть вещи стоит своими именами. Парадокс: чем удобнее жизнь, тем заметнее сбой В международных рейтингах Россия не в первой десятке, зато в бытовом смысле цифровизация у нас феноменальная. По данным Банка России, доля безналичных платежей в розничном обороте по итогам 2025 года составила 88%, а оплата по QR-коду и биометрии выросла за год почти вдвое. Здесь, в Сибири, в городе, который не каждый житель планеты найдет на карте, можно расплатиться на кассе, просто посмотрев в камеру, и оплатить картой покупку любого масштаба — вплоть до автомобиля прямо в салоне. Для нас это обыденность, мы даже не замечаем, насколько это удобно. А в Северной Америке так просто не выходит. Технически заплатить картой можно и там, но на практике при крупной покупке в ходу остаются бумажный чек и банковский перевод, а наличные, по данным Федеральной резервной системы, — третий по популярности способ оплаты. Мы ушли вперед заметно дальше, чем сами о себе думаем. Но у медали есть вторая сторона. Чем глубже цифровые сервисы вросли в нашу жизнь, тем заметнее любой сбой. Там, где половина покупок оплачивается наличными, отключившийся на час интернет в магазине пройдет незамеченным. У нас заметят все и сразу и напишут об этом в соцсетях в ту же минуту. Наше удобство и есть наша уязвимость перед теми, кто охотится за шумом. Мы вырабатываем иммунитет, и это работает Я часто говорю об этом в докладах. Человек адаптируется быстро. Если в доме периодически отключают свет, в ящике сами собой заводятся свечи и спички. Если случаются перебои с оплатой картой, в кошельке появляется резервная тысяча наличными. Это не шаг назад, это здравый смысл: мы просто перестаем складывать все яйца в одну корзину. С бизнесом происходит ровно то же самое, только медленнее и дороже. Я много езжу с докладами и работаю с компаниями, и главный тезис, который я везу везде, звучит так: кибератака — это не техническая проблема, а управленческая. Техника отказывает всегда, рано или поздно. Исход определяет не она. Еще год назад типичный сценарий выглядел так: компанию атаковали — компания встала. Магазины закрыты, заказы не принимаются, все ждут, пока айтишники поднимут системы. Руководство фактически передавало управление кризисом техническому отделу и замирало. Сегодня я вижу, как это меняется на глазах. Когда руководитель понимает, что происходящее — это в первую очередь управленческая задача, компания не закрывается. Она продолжает работать: медленнее, в бумажном режиме, с ручным учетом и записями в тетради. Но магазин открыт, заказы принимаются, склад отгружает. И команды осваивают этот навык буквально по ходу кризиса — люди, которые никогда прежде не управляли ничем подобным, за несколько дней вырастают на голову. Путь пройден в лучшем случае наполовину. По исследованию «Инфосистемы Джет», 64% российских компаний находятся в зоне низкой зрелости процессов реагирования и обеспечения непрерывности бизнеса, отработанный план действий на случай атаки есть только у четверти. Но сам факт, что рынок начал измерять себя этой меркой, а не количеством закупленных программ, — уже большая перемена. Устойчивость определяется не периметром защиты, а зрелостью управленческих процессов. Это главное, что я хотел бы оставить руководителям. Что реально может сделать обычный человек Советы будут скучные, зато рабочие. Включите двухфакторный вход везде, где он есть, — в банке, на почте, на «Госуслугах». Пароль в наше время сам по себе не защищает ничего. Заведите разные пароли для разных сервисов. Один утекший пароль не должен открывать всю вашу жизнь. Обновляйте телефон и приложения. Скучно, но большинство взломов происходит через дыры, которые давно закрыты обновлением. Держите небольшой запас наличных и запасную карту другого банка. Ровно по той же логике, по которой в доме лежат свечи. И главное: не принимайте срочных финансовых решений по звонку или сообщению. Практически любая схема обмана строится на спешке. Положите трубку и перезвоните сами по номеру с обратной стороны карты — этого достаточно, чтобы обезвредить почти любую атаку на человека. Вместо вывода Атак будет больше. Они будут мощнее и умнее. Спорить с этим бессмысленно. Но каждый пережитый сбой делает систему крепче — и компанию, и нас самих. Организация, которая один раз прошла кризис по плану, а не в панике, во второй раз пройдет его почти незаметно для клиента. Человек, у которого есть запасной способ заплатить и защищенный вход в банк, переживет очередной сбой без потерь. Злоумышленники целятся в шум. Лучший ответ — сделать так, чтобы шума не возникало. Чтобы сбой оставался неприятностью, а не катастрофой. Иммунитет вырабатывается только через контакт с угрозой. Это работает и в биологии, и в экономике, и в технике. Приятного мало. Но именно так становятся сильнее.