«Еще не достигли пика кризиса». Алтайские аграрии рассказали, что ждет сельское хозяйство в 2026 году

Как алтайские аграрии оценивают прошедший год, с какими проблемами вошли в новый и чего ожидают в будущем? NGS22.RU пообщался с руководителями местных сельхозпредприятий, чтобы узнать ответ на этот и и другие вопросы.

Александр Степанов, глава КФХ «Берёзовая роща», делится своим видением ситуации:

— Мы, как фермеры, стараемся адаптироваться, перепрыгивая с одной культуры на другую, но, честно говоря, это не решает корневых проблем. Главная задача — обеспечить сбыт излишков, и это вопрос, который должен решаться на более высоком уровне. Если мы останемся один на один с перепроизводством, куда нам девать продукцию? Мы бессильны.

Некоторые, по его словам, пытаясь найти выход, идут на крайние меры, засевая поля исключительно гречихой или подсолнечником.

— Но это такие резкие скачки, монокультуры — это не наш путь. В наших условиях это неразумно и неэффективно. Нужна системная поддержка от властей, помощь в поиске рынков сбыта.

Причем фермер обратил внимание на то, что цены на некоторые культуры падают, и роста ожидать не приходится.

— Перепроизводство зерна напрямую влияет на наши доходы: они не растут, а вот стоимость комплектующих, запчастей, ГСМ — всё это дорожает. Мы еще не достигли пика кризиса, впереди, возможно, более сложные времена.

Вспоминая о самых благоприятных годах с экономической точки зрения для сельского хозяйства, фермер назвал всего несколько сезонов.

— Нашему хозяйству уже 35 лет. За эти годы было всего около четырех по-настоящему удачных сезонов, остальные были терпимыми или кризисными. Сейчас мы переживаем не лучшие времена, последние три года мы работаем в убыток, и ситуация ухудшается. Благоприятными были 2020 и 2021 годы, когда и урожай был хорошим, и цены позволяли работать и развиваться. Подобные удачные годы были также в 1999 и 2010. Тогда мы могли обновлять технику, которая, к слову, требовала заказа за год вперед. Техника служит около 10 лет, и ее нужно регулярно менять.

На что рассчитывают алтайские аграрии в 2026 году? Оптимизма немного.

— Мы занимаемся сельским хозяйством, это наше дело, мы умеем это делать, накопили опыт, и жалко бросать. Пока никаких четких прогнозов нет, предсказать что-либо сложно, ведь всё зависит от мирового рынка. Ситуация в мире ухудшается, цены на нефть и, соответственно, на ГСМ растут, и это неизбежно скажется на нас, — отметил Степанов.

Юрий Грищенко, глава одного из крестьянско-фермерских хозяйств, считает, что алтайские аграрии вынуждены продавать урожай по текущим ценам, даже если они невысоки, чтобы обеспечить финансовую стабильность и подготовиться к следующему сезону. Ключевыми факторами выживания становятся грамотное финансовое планирование, эффективное использование техники и постоянное стремление к развитию.

— В условиях перепроизводства аграриям что делать? Мы уже все сделали для этого. Нужно все равно продавать и по тем ценам, которые существуют. Кто-то думает, что нужно держать цены, но если мы придержим, опять же, увеличим переходящий остаток зерна. Нужно искать пути продажи. Сегодня на рынке столько предложений. Некоторые говорят, что продать невозможно — но все возможно, смотря какая цена и как тебе нужны финансы. По моему, это не пик кризиса. Да, начинают «на бок» ложиться некоторые хозяйства, я вижу, что происходит. Но опять же, это не от того, что кто-то вырастил что-то не то, может, распределили силы неправильно, может, кто-то безграмотно финансово сработал, — объясняет фермер.

Несмотря на потерю качества зерна, аграрии Алтая продолжают работать.

— На мой взгляд, благоприятным для сельского хозяйства был 2022 год. А потом уже 2023, 2024, 2025 пошли неблагоприятные погодные условия, мы начали терять в качестве, то есть нас начинает заливать, и мы начали много терять. Но опять же, каждый по-своему выходит из этого тупика. У кого-то набор техники очень серьезный, тот и по качеству не сильно отстает. Главное в любом деле — не порвать штаны, а шагать-то можно широко.

При этом, по его словам, цена на зерно стоит на месте.

— Пшеница — 12,5-13 тысяч рублей за тонну. На Казахстан сегодня отправляем, 10,5 тысяч рублей за тонну идет. Цены не сильно упали. Смотря кто где живет, зависит от логистики. Продавать все равно надо, у нас других вариантов нет.

Он добавил, что в 2026 году кардинальных изменений в севообороте не предвидится и планирует добавить только одну новую культуру.

— У нас в хозяйстве все готово, семена готовы, остались удобрения, на этой неделе осталось их завезти, топливо нужно купить. Севооборот особо не будем менять в 2026 году, добавим еще одну культуру — рапс, примерно гектар. Кардинально ничего не меняем. Прогнозов пока нет, одна надежда. То, что природа позволит вырастить, то вырастет. Хочется и технику подкупить, чтобы на развитие шло. Из своих средств хотим купить опрыскиватель самоходный. Без развития никуда. Предела нет, постоянно все новое, не угнаться.

Андрей Коломиец, директор ООО «Русское поле» (Новичихинский район), признает сложность положения, но сохраняет оптимизм.

— Ситуация непростая, но мы не собираемся кардинально менять наш многолетний севооборот. В нем есть масличные, бобовые и зерновые культуры. Мы уверены, что каждая из них внесет свой вклад в экономику хозяйства. Полностью отказываться от зерновых мы не видим смысла, ведь без них невозможно построить полноценный севооборот. Новых культур добавлять не планируем.

По словам Коломийца, экономика хозяйства держится на стабильных ценах на пшеницу (8-12 тысяч рублей за тонну, в зависимости от качества), растущих ценах на подсолнечник и стабильных ценах на лен. Прошлый год был экономически благоприятным, принеся прибыль, а 2021 год и вовсе стал самым прибыльным за всю историю предприятия. Однако, с тех пор экономическая ситуация постепенно ухудшается.

К посевной кампании хозяйство готово, сейчас оформляются кредиты на удобрения, средства защиты растений и семена.

— Мы родились на земле, и даже если будет убыток, мы продолжим работать. Пока убытка нет, нет и причин закрываться. Мы работаем с прибылью, платим зарплату людям, поэтому я не вижу пока никакой катастрофы, — подчеркивает Коломиец.