Маскируется под борца за справедливость: врач предупредил об опасном синдроме, который превращает общественника в психопата

Чрезмерно активная гражданская позиция? Обостренное чувство справедливости и непреодолимое желание спасать и разоблачать? Стремление обращаться с жалобами во все инстанции, требуя спасти пустыри, парки, одичавших собак или какие-то руины, может быть не только ярким признаком активиста и общественника. По словам врачей, это еще и тревожный симптом опасного психического расстройства — синдрома Кутанина, способного быстро довести человека до безумия и превратить жизнь его родных в настоящий кошмар.

Как отличить страдающего этим недугом человека от общественника с чрезмерно активной жизненной позицией и как помочь близкому, страдающему синдромом Кутанина, нашим коллегам из V1.RU рассказала ассистент кафедры психиатрии, наркологии и психотерапии Волгоградского медицинского университета Татьяна Переходнова.

Студенты-волонтеры, активисты средних лет, социально деятельные пенсионеры с обостренным чувством социальной ответственности — всё это люди, вынужденные держать на своих плечах хрупкую и почти невесомую надежду жителей россиян на светлое и счастливое будущее. Не жалея времени и нервных клеток, они ведут нескончаемую и самоотверженную борьбу за благополучие и развитие родной земли, часто вступая в открытую конфронтацию с власть имущими господами, которые в свою очередь тоже не жалеют сил и бюджета на тотальное преобразование города.

К ужасу истинных борцов за правое дело, в их рядах коварно прячутся и те, кто лишь создает видимость общественно полезного труда. Такие люди неустанно отправляют бесчисленные жалобы, письма и гневные обращения во все инстанции подряд, зачастую так и не решая больших и значимых проблем.

Конфликты, споры и борьба для них становятся своего рода спортивным интересом, а в некоторых случаях написание жалоб даже вызывает у человека всепоглощающую зависимость и становится единственным, что его интересует. Врачи же уверяют, что люди делают это вовсе не из злого умысла и склочного характера, а из-за проблем с психикой — именно так проявляется особый синдром.

— Синдром Кутанина не является официальным психиатрическим диагнозом и не входит в международные классификации болезней, но обычно этим термином описывают состояние, при котором человек чрезмерно фиксируется на борьбе за справедливость, нарушениях своих прав и необходимости постоянно «восстанавливать порядок», — говорит доктор Татьяна Переходнова. — В повседневности это может выглядеть как многочисленные жалобы, обращения в различные инстанции, бесконечные попытки доказать свою правоту и настойчивое возвращение к одним и тем же конфликтным ситуациям.

Доктор отмечает, что синдром Кутанина, названный в честь открывшего его психиатра, на самом деле представляет собой разновидность сутяжничества:

— В профессиональной психиатрии чаще используется термин «кверулянтство» — это устойчивое патологическое сутяжное поведение, связанное с бесконечным, навязчивым отстаиванием своих прав. Синдром Кутанина — скорее публицистическое или описательное обозначение похожего феномена. В клиническом смысле чаще говорят именно о кверулянтных тенденциях или идеях.

Врач отмечает, что человек зацикливается на любой кажущейся ему важной проблеме, иногда значительно преувеличивая ее масштабы. Пациенту может казаться, что весь мир должен вращаться вокруг именно этого вопроса и необходимости его решить.

— Опасность здесь заключается не в самой активности, а в том, что эта излишняя активность постепенно может вытеснять остальные сферы жизни. Работа, отношения, отдых отходят на второй план, а сама «борьба» становится основным содержанием жизни, — говорит доктор-психиатр Татьяна Переходнова. — Критику они воспринимают плохо, потому что глубоко убеждены в своей правоте, а от окружающих нередко требуют поддержки в своей борьбе.

В некоторых случаях, как говорит врач, пациент так сильно зацикливается на беспокоящей его проблеме и связанных с ней волнениях, что забывает о близких людях, становится безразличным к ним и их переживаниях. Более того, он может пробовать втянуть в свою борьбу и других людей. Происходит это, по мнению психиатра, из-за параноидальной тяги к сутяжничеству. Пораженный синдромом человек становится агрессивным в спорах и словесных нападках, не останавливаясь перед переходом на личности, а порой и применением силы.

Распознать человека с синдромом Кутанина в толпе, по словам психиатра, не так уж просто — от обычного общественника внешне он ничем не отличается.

— Здесь ключевое различие в цели и гибкости мышления, — считает доктор Татьяна Переходнова. — У общественника или активиста есть конкретная задача, и он способен менять тактику, учитывать новые факты, договариваться и признавать, что он может ошибаться. Его деятельность, даже очень интенсивная, обычно не разрушает остальные сферы жизни.

При патологическом варианте, по словам врача-психиатра, происходит сужение интересов: вся жизнь начинает вращаться вокруг конфликтов и борьбы.

— Появляется жесткая убежденность в собственной правоте при снижении критики, а любое несогласие воспринимается как подтверждение враждебности окружающих. Если совсем просто — у здорового активиста борьба является инструментом. При патологическом состоянии она становится смыслом и начинает подчинять себе всё остальное.

Распознать, что у близкого человека проблемы с ментальным здоровьем, тоже бывает непросто, заподозрить проблему родные и друзья могут лишь, когда человек становится совсем помешанным на конфликтах и живет только ради ругани.

— Самостоятельно определить такое состояние невозможно, и речь всегда идет не о «ярлыке», а о клинической оценке человека специалистом, — говорит доктор Переходнова. — Для диагностики важно не количество жалоб и обращений, а качество мышления: насколько человек сохраняет критичность, способен ли он учитывать альтернативные точки зрения, может ли переключаться с конфликтной темы на другие сферы жизни.

Избавляться от синдрома пациенту придется уже в кабинете психотерапевта или даже психиатра:

— Лечение зависит от того, что стоит за таким поведением. Это может быть психотерапия, если речь идет о личностных особенностях, либо медикаментозная терапия, если в основе лежит психическое расстройство. В любом случае работа строится не вокруг «жалоб», а вокруг причин фиксации.